На ОленькеБраконьерство в республике приобретает широкие масштабы, и если не принять сегодня необходимых мер, в скором времени диких животных мы будем видеть исключительно на картинках. Заместитель руководителя оперативной инспекции государственного экологического контроля по вилюйским и западным группам улусов министерства охраны природы РС(Я) Карл Гертер рассказал в интервью корреспонденту ИА SakhaNews Екатерине Чемезовой об угрозе, нависшей сегодня над Якутией.
- Карл Андреевич, насколько сегодня актуальна проблема браконьерства в республике? Есть ли действительно угроза вымирания животных?

- Эта проблема более, чем актуальна. Дело в том, что квоты на добычу лицензионных видов объектов охоты, например, должны быть установлены, исходя из результатов повсеместно проводимых учетных работ, так как превышение норм добычи животных того или иного вида (подвида), может привести к сокращению численности этих видов животных, вплоть до их исчезновения.

До конца 80-х годов прошлого века специалистами института биологии проводился высоко профессиональный авиаучет, а всеми охотхозяйствами республики - предпромысловый и послепромысловый зимний маршрутный учет. По результатам этих данных и устанавливались квоты на объекты охоты в строгом соответствии с нормами, не позволяющими допустить перепромысел того или иного вида. При этом учитывалось и несанкционированное изъятие животных (браконьерство, волки и т.д.).

С начала 90-х годов полноценные учетные работы в масштабе республики в силу объективных причин не проводились. Зимний маршрутный учет, на мой взгляд, проводится формально и не отражает реальной численности диких животных в охотугодьях. Соответственно, о реальной численности диких животных сегодня никому и ничего не известно. Тогда на основании чего устанавливаются выделяемые на добычу диких животных квоты?

Для тех, кто не понимает, что это такое, поясняю на примере: если, при условии проведения объективных учетных работ, например, установлена численность популяции диких оленей в количестве 100 тысяч голов, то утвержденная квота для добычи этих животных не должна превышать более 25 тысяч голов, и это с учетом потравы этого стада и незаконного изъятия (браконьерства). Добыча животных, в этом случае более 25%, ведет к сокращению численности данной популяции, что чревато ее сокращением и даже уничтожением.

Подобные примеры уже есть – безвозвратно потеряна, к сожалению, самая большая из трех тундровых популяций (яно-индигирская), которая в конце 80-х насчитывала более 130 тысяч голов. Я сомневаюсь, что сегодня, при самом тщательном учете, насчитают более 20 тысяч голов. То есть, она потеряна безвозвратно, и о ее восстановлении мечтать уже не приходится.

И эта, по сути экологическая катастрофа (уничтожение целой популяции) произошла тихо и незаметно. Никто не защищал, не писал, не привлекал и громко не говорил. Я бы охарактеризовал это как массовое и циничное преступление – одно многочисленное сообщество в лице армии браконьеров и им сочувствующих, массово уничтожает, а другая природо-право охранительная и контрольно-надзорно-строгосмотрящая и принципиально осуждающая как бы ничего не видит и, в связи с этим, мало что делает.

- Так почему допущен такой размах браконьерства?

- Такое позорное и циничное явление, как массовое браконьерство, не признающее никаких хотя бы слабо видимых правил или сроков(добывают животных даже в период и на путях к местам отела), начало свой прогрессирующий процесс в начале 90-х годов, параллельно с распадом союзного государства и, как следствие, распада сельскохозяйственного сектора и появления безработицы, развала старого отлаженного механизма охраны и контроля, вседозволенности и безнаказанности.

Криминальный прагматизм вытеснил из сознания многих людей, в том числе и у должностных лиц соответствующих охраняющих, надзирающих и иных административных структур, те положительные качества, которые делают человека благородным, законопослушным и цивилизованным. Поэтому сегодня, анализируя сложившуюся ситуацию в области охраны природы иначе, как экологическим бедствием, это не назовешь. Появились территории, ранее обильно населенные животным миром, а сегодня практически превращенные в биологическую пустыню.

^